Журнал Сон

Устная история 2 - 165: Минздрав рекомендует закурить в XIX веке

Wed, 11 Nov 2009 16:50:06 GMT

1) Повсюду воздух был в высшей степени испорчен, особенно во втором этаже. Он был пропитан мокротными выделениями больных и зловонными испарениями, обильно поднимающимися от сосудов с нечистотами.

Не будучи в состоянии дольше дышать в этой атмосфере, я попробовал задерживать дыхание, пока не был близок к обмороку. Начальник тюрьмы заметил мое состояние.

– Закурите папиросу и выпейте в аптеке рюмку вина, это вас приведет в себя, –сказал он мне. – Вы не привыкли к тюремному воздуху.*

2) «Вам бы лучше закурить», — добавил доктор, ступая первым на крутую лестницу низенького здания, расположенного напротив тюремных ворот. «У нас тут несколько случаев тифа и оспы».

Лазарет коек на сто пятьдесят состоял из восьми или девяти палат, три из которых были отведены для женщин. Палаты для инфекционных больных были изолированы от остальных: в них помещалось около тридцати пациентов. На семнадцати койках лежали больные тифом и тифозной лихорадкой. Спустя некоторое время я уже не сожалел, что внял совету доктора и закурил папироску.**

*Дж. Кеннан. Сибирь и ссылка (Очерки из жизни политических ссыльных) / Пер. с английского. Санкт-Петербург: И. Люндорф и Кº, 1906. С. 17-18.
** Windt H., de. Siberia as it is. London: Chapman & Hall, 1892. P. 420.
***Как можно видеть, в XIX в. курение не вредило здоровью, а совсем наоборот, предохраняло от заражения. Зато дома горели быстрее, поэтому курильщиков все равно ущемляли.

Вопрос отдаленным френдам

Wed, 11 Nov 2009 12:33:38 GMT

Вот если в Гуглбукс книжка как бы числится, но написано, что она недоступна для просмотра, то не значит ли это, что только с моего, например, находящегося в РФ, компьютера? Вот если попробовать открыть ссылку в другой стране, как это будет работать?

Павлов А. 3000 верст по рекам западной Сибири: очерки и заметки из скитаний по берегам Туры, Тобола, Иртыша и Оби. Тюмень, 1878.

Очень понадобилось ее прочесть, а в Тюмени в единственную библиотеку, где она, по моим сведениям, точно была, хода сейчас нет.

Про улицу Одесскую

Thu, 05 Nov 2009 08:59:13 GMT

А вам снится Ашотик?
Тот таксист, который не оборачивался бы лучше.
По стеклу возят беспомощные щетки,
Дождь идет, буря, пассажир с ужасом смотрит на затылок и уши,

Куда несется этот седанчик -
Как самолетик имени Бади Холли со светящимися окнами среди огромных гор мрака,
Сверкают молнии, кто-то плачет,
Все с плеском захлестывается прозрачным потоком -
В ночь Самайна и Хэлоуина,
Этих неправославных праздников, чуждых нашей культуре?

Мчится маленькая машина,
Среди черных мокрых кустов, которые выскакивают перед нею, как в тире
Выскакивают разные рожи с деревянным стуком,
Чтобы упасть обратно с металлическим звоном.

Вот синяя призрачная свинья перебежала дорогу
На фоне мерцающих микрорайонов.

Ночью, в машине, под музыку группы "Гоблин"
В красном свете на перекрестке, открытый чужому взгляду.
Что ты мне пикаэшь, гоблин,
Говорит Ашотик водителю из соседнего ряда,

И пассажир, везущий в пакете пустые молочные бутылки,
Вдруг действительно замечает в автомобилях полчища бесов,
Женщина с лицом крокодила, ребенок с лицом галки,
Лепреконы, черные кровогубые принцессы.

Ад - это другие, гласит cтаринная поговорка,
Во всех окнах отвратительные снапшоты,
Мчится микроскопическая семерка
По вытянутому уху сомнабулического Ашота.

Справа, а потом слева, а потом снова справа сияют трубы ТЭЦ,
Cтранное делает здесь улица Одесская закругленье,
Спишь, а потом снова встаешь, а потом снова спишь, молодой отэц,
И не ясно порой, где начало, а где конец сновиденья.

Хип-хоп радио Диполь -Патруль

Wed, 04 Nov 2009 23:23:09 GMT

Устная история 2 - 164: Обращения к будущим жильцам камер

Tue, 03 Nov 2009 20:55:55 GMT

1) В пересыльных тюрьмах Сибири стены сплошь исписаны этими обращениями к будущим жильцам камер. «Скажите, братцы, Дуньке Полтавской, станет ее Никифор поджидать в Ачинске». «Братцы, Иван Семенов из Тюмени – изменник общества», «Прошел в сентябре месяце Павел Гаркушин на каторгу. Кланяяюсь землякам». И т.д., и т.д. Порой лирическое излияние, в прозаической или стихотворной форме, разнообразит эти своего рода публикации, вызванные желанием оставить где-нибудь слух о своей горькой жизни или передать деловое сообщение.*

2) Пол был чистый, ковра на нем не было, зато белые стены и потолок были грязны и испещрены многочисленными надписями. В одном углу был сделан грубый набросок трех рысаков в полном галопе, и с французской надписью понизу «Grand Prix de Paris, Minting, I»; в другом – искусно нарисованная женская головка, с русским автографом «Иван»; и вся вообще известка была исписана изречениями – как cтихами, так и прозой – на русском, французском и немецком.

Строки Де Мюссе:

''J'ai perdu la force et la vie
Et mon bonheur et ma gaité''[1]

были нацарапаны над кроватью большими буквами, а рядом какой-то более жизнерадостный ссыльный написал слабой женственной рукой под своим именем:

"Qui sacrifia tout pour son pays,
Et se dévoua corps et âme a la patrie,
Peut vivre heureux, même en Siberie."[2]**

3) Уладив дело с гербом, он принялся за остальную работу — стал придумывать надпись пожалобнее; сказал, что Джиму без нее никак нельзя, у всех она бывает. Он придумал много разных надписей, написал на бумажке и прочел нам все по порядку:

«1. Здесь разорвалось сердце узника.
2. Здесь бедный пленник, покинутый всем светом и друзьями, влачил свое печальное существование.
3. Здесь разбилось одинокое сердце и усталый дух отошел на покой после тридцати семи лет одиночного заключения.
4. Здесь, без семьи и друзей, после тридцати семи лет горестного заточения погиб благородный незнакомец, побочный сын Людовика Четырнадцатого».

Голос Тома дрожал, когда он читал нам эти надписи, он чуть не плакал. После этого он никак не мог решить, которую надпись выбрать для Джима, — уж очень все они были хороши; и в конце концов решил, чтобы Джим выцарапал на стенке все эти надписи. Джим сказал, что тогда ему целый год придется возиться — выцарапывать столько всякой чепухи гвоздем на бревне, да он еще и буквы-то писать не умеет; но Том ответил, что он сам ему наметит буквы начерно и тогда ему ничего не надо будет делать — только обвести их, и все. Потом он помолчал немного и сказал:
— Нет, как подумаешь, все-таки бревна не годятся: в тюрьмах не бывает бревенчатых стен. Нам надо выдалбливать надпись на камне. Ну что ж, достанем камень.***

*Короленко В.Г. Искушение. Страничка из прошлого // Короленко В.Г. Сибирские рассказы и очерки. Москва: Художественная литература, 1981. С. 161.
** Вот что мне единственное нравится у Л. Толстого, так это первые страницы его эпопеи, салон Анны Павловны Шерер, в которых современный читатель, не получивший должного для читателя Л. Толстого образования, должен поминутно сбегать по лестнице, открывать дверь и смотреть перевод. Одно из концептуальнейших случайно получившихся формальных решений в русской литературе в ночном горшке. Восхитившись этим эффектом, в девятом классе я навсегда закрыл данную книгу. Вот что написано в данном конкретном случае: [1] Я утратил свою силу и жизнь / И мое счастье и мою веселость; [2] Тот, кто пожертвовал себя всего своей стране, / Чье тело и любовь принадлежат Родине, / Может жить счастливо даже в Сибири (франц.). Cтроки из книги ''Мои тюрьмы в России'' Дж. Гордона. Лейпциг: Герольд и Линднер, 1861 (прим. автора). Цитируется в переводе Windt H., de. Siberia as it is. London: Chapman & Hall, 1892. P. 416-417., который обозревал тюменскую пересылку в 1890 г.
***Перевод Н. Дарузес. О другом эффекте – если вдуматься, данная книжка М. Твена представляет собой печальнейшее повествование о судьбах родины, и указанный эпизод, в частности, не уступает по своей социальной критической остроте запискам охотника и деду мазаю. Немудрено, конечно, что, например, я в десятилетнем возрасте, как читатель, максимально далекий от американской истории и постоянной ее боли, всего этого не чувствовал, хорошо воспринимая совсем другие сильные места этого текста. Через пятнадцать- двадцать лет, немного ознакомившись посредством интернета с внутренним американским восприятием книжки М. Твена, я начинаю думать, что для американского школьника, эта книжка, возможно, намного более нагружена вот этой социальной болью (выливающейся в стандартные школьные загоны, стереотипные интерпретации, может быть, про демократию, американские идеалы, все такое, что вязнет на зубах у подростка и т.п.). Не знаю, связано ли это с «объективными» качествами этих произведений, или с тем, как их привыкли/научились интерпретировать, скорее всего, и с тем и с другим – но в «Приключениях ГкФ» суровый социальный контекст жизни американцев способен легко уходить на задний план, почти заслоняясь, когда надо, в сознании читающего работающим вдохновляющим свежим сюжетом (также и в американском блюзе, и в американском кино на соответствующие темы - например, бр. Коэны). Единственные примеры в нашей классической литературе – «Бежин луг», почти весь Гоголь, Булгаков и все. В чем тут дело, вспоминается герой Л. Добычина, мальчик из города Эн, который воспринимал Манилова и Чичикова, как и надо, как обычных литературных героев, вполне положительных, вроде детей капитана Гранта, в которых можно играть. А!?

Tue, 03 Nov 2009 07:25:45 GMT

В целях облегчения жизни кормящей матери приму в дар сериалы, которые можно крутить на компьютере. Жанр, режиссер и фсе такое, ест. имеют значение. В Тюмени. В магазинах ведь ничо не купишь. Пишите комментарии.

Богатырская наша сила

Mon, 02 Nov 2009 17:36:49 GMT

В то время, как в Москве убили Щелкана Дудентьевича, в Тюмени мальчик положил бревно на рельсы, так что поезд сошел.

Устная история 2- 163: Мысли о высоком значении музыки.

Fri, 30 Oct 2009 13:02:27 GMT

1) Как говорил Рэй Брэдбери, «я принял образование в библиотеке, а не в колледже». И в эпоху Internet библиотека остается центром формирования людей XXI столетия — очевидно, в еще большей степени, чем раньше. С учетом того импульса, который предоставили нашей культуре новый драматический театр и филиал президентской библиотеки, я готов всерьез рассмотреть пути продажи еще одного нерядового проекта. Вопросы на этот счет мне не раз задавали журналисты, представители нашей творческой и научной интеллигенции, обычные граждане. Не скрою, я колебался. Но теперь все-таки уверен — собственный симфонический оркестр Тюмени нужен. Будем над данным работать. Теперь я хочу возвратиться к теме, которой я уделил особое внимание в прошлогоднем послании и которая в условиях кризиса стала еще более важной, — к теме нравственной ответственности.*

2) В прошлом году мы убедились в том, что выбор в пользу продажи этой мечты сделан и необратим, в том, что будущее уже началось.**

*Послание губернатора Тюменской области Владимира Якушева Тюменской областной думе «О положении дел в области» 22 октября 2009 года. Via research72 . Спичрайтеры губернатора, хотя нам хочется надеяться, он сам пишет себе речи, демонстрируют широчайший кругозор в области афоризмов замечательных людей: в данном послании от 22 октября, наш правитель вспоминает и ненавязчиво цитирует, помимо Р.Брэдбери, историка и этнографа Н. Абрамова, финского политического деятеля Урхо Кекконена, философа Аристотеля, философа Иммануила Канта и, разумеется, философов Д. Медведева и В.В.Путина.
**Кроме того, активно, творчески используются автоцитаты (о возможном литературном контексте сredo нашего губернатора мы уже писали в "Устной истории" ранее ггг).
***Но до губернатора Калифорнии А. Шварцнеггера писатель Якушев еще не дотянул, надо признать, который демонстрирует высоты риторического мастерства, в римском духе.

Особенно впечатлительным

Wed, 28 Oct 2009 19:01:23 GMT

А вам снится Ашотик?

*Похожая тема.

Wed, 28 Oct 2009 11:25:27 GMT

Профсоюз жмотит новогодние подарки.

Mon, 26 Oct 2009 18:04:58 GMT

Вот теперь точно вита нуова

1. Мэгги с Машенькой приехали домой

2. Я потерял мобильный телефон

3. Начались долгие зимние вечера. Известная новость про одного директора совхоза который решил не переходить на зимнее время чтобы надои не упали - как никогда актуальна

Про улицу Пермякова

Sun, 25 Oct 2009 12:49:53 GMT

За поясом у Г.П. Пермякова – стволы, как минимум, три,
Целая сибирская роща смерти за поясом у Г.П. Пермякова,
Горячее пролетарское сердце у него ишачит внутри,
И глаза у него, как фары, никто никогда здесь не видел такого.

Вечерами прохожий сторонится синего света,
И стремится подальше обойти дом № 2 по Подаруевской улице,
Лучи хлещут из второго этажа первого в Тюмени большевистского Cовета,
Ведь Г.П. Пермяков не носит черных очков и не жмурится.

Синее, неизбывное, глазками водит,
И по стене бегают фонарики, следуя прихотливому рисунку рваных обоев,
Я с тобой, пока у тебя хватает сил ненавидеть,
С тобою, пока ты еще не знаешь покоя.

Ночью, бряцая оружием, пришли товарищи получить указания,
В доме зима, тишина, ни собаки, ни кошки, долго стучали в ворота,
Да в конце-концов, мало ли чего, оторвали замки и вломились в здание,
А там, посреди всех этих разбросанных грязных тряпок буржуйских, во тьме, выложив револьверы на стол, Г.П. Пермяков читает «Вешние воды»

При помощи одного только своего внутреннего света:
«- Этого я уже совершенно не понимаю, - заметил Санин, - на воздух нам стрелять, что ли?»
В самой мирной русской книжке про любовь, оказывается, запрятано достаточно пистолетов,
Г. П. Пермяков с сожалением отрывается от описания неудачной дуэли.

Жмурясь от этих лучей, жмутся испуганные товарищи - волчата
В темной комнате перед лицом настоящего льва,
Рука тянется к рукоятке мауэзера, кольта или другого кольта,
Светит огромная голова.

Cнаружи все это выглядит, может быть, как тихий домашний вечер,
За задернутыми шторами на втором этаже синий колеблется огонек,
Но на самом деле там с ненавистью глядят друг на друга отъявленные гады и сволочи,
И самая отъявленная из них готовится нажать на курок.

Зима, снегопад, полночь, глухие удары в гонг,
Темная улица спит, к голой руке прилипло нежное ухо.
Бэнг, как говорится, бэнг,
Тем, кто приходит тихо.

Бэнг, как говорится, бэнг, тем, кто приходит не вовремя, легка
Нежная песня, спи, не помни плохого
В честь какого лютого чувака
Была названа в Тюмени наша улица Пермякова.

Устная история 2 - 162: Несостоявшийся библиотекарь

Fri, 23 Oct 2009 15:29:01 GMT

1) Мне помнится, в бывшем доме купца Шайчик (где видимо был игральный картежный клуб), сейчас в этом здании концертный зал (по улице Республики), было созвано общегородское собрание. На этом собрании меньшевики и эсеры из себя выходили, доказывая рабочим свою правоту в их политике, но когда выступал большевик Пермяков Григорий Прокофьевич, а голос у него был зычный и по залу раздавалось эхо. В своих выступлениях он противопоставлял ряд вопросов меньшевикам, разоблачал их, призывал рабочих идти с партией большевиков, которая состоит из рабочих и крестьян и вся власть должна принадлежать только рабочим и крестьянам, а с меньшевиками нам не по пути, у нас с ними разные дороги. Вот в таком духе он говорил много.*

2) В то время как социалисты и либералы искали выход в условиях правового поля, большевики захватывали улицу, которая в конечном итоге их легитимировала. Они создали подлинный культ насилия, заметно отличавший их от демократов и уступчивых либералов, желавших облагодетельствовать народ, совсем его не понимая. Этот культ жестокости опирался на традицию, порожденную верой в мощь оружия. Кроме того, большевики говорили на языке, понятном тем, кто жил в нищете и убожестве. Эта была риторика вытеснения и насилия, понятная низшим городским слоям, близкая солдатским массам. Солдат и рабочих привлекал, прежде всего, брутальный облик большевиков, мужественная аура, которой они себя окружали. И.Я. Коганицкий и Г.П. Пермяков появлялись на людях худыми и изможденными, в поношенных шинелях и стоптанных сапогах, в карманах у них были револьверы.**

*Прохорихин И.Д. Воспоминания. Установление советской власти в Тюмени и ее падение. 1965 г. Рукопись из фондов ТОКМ. С. 6-7.
**Кононенко А.А. Тюмень на перепутье: власть и общество в 1917-1921 гг. Тюмень: Изд-во ТюмГНГУ, 2009. С. 45. Книжка, полная интересных фактов, совершенно справедливые слова из блога С. Белова: Книгу автору пришлось издавать за свой счёт, поскольку больше она никому оказалась не нужна. Поочерёдно ему отказали: мэр города Куйвашев (зачислен в президентский кадровый резерв, но, увы, пока не забран на повышение), председатель гор. думы Медведев, зам. губернатора Сарычев, директор департамента информационной политики Тюменской области Новопашин + несколько банкиров. Мотивация властей: 1) Это никому неинтересно. "Зачем тюменцам читать о тюменцах, да ещё 90-летней давности?!". Без комментариев. 2) У них кризис. В итоге автор издал книжку за своё счёт в типографии нефтегазового университета, где он и преподаёт. Цена вопроса - 16 тыс. руб. Хорошо, что у него они были. Жаль, что их не было ни у г. Тюмени, ни у Тюменской области. Хотя я думаю, что примерно столько стоит один плафон любого из тех помпезных фонарей, что сейчас устанавливаются на центральной улице. Либо квадратный метр гранитной плитки, которой выкладывается всё та же магистраль. Либо один баннер с надписью: "Тюмень - лучший город Земли". Само издание можно приобрести в магазине "Знание" на ул. Володарского. Тираж - 200 экз., из них 60 забрали ещё в типографии. В общем, кому интересно - поспешите. Цена - порядка 200 руб.
***Биографическая справка, весьма полная, там же. С. 41.Пермяков Георгий Прокопьевич (1894-1965) – революционер, советский и военный деятель. Родился в Тюмени. В 1915 г. призван на фронт, проявил себя как смелый и отважный солдат. Трижды ранен. Георгиевский кавалер 3-х степений. В мае 1917 г. вернулся в Тюмень и предложил свои услуги в качестве библиотекаря совету публичной библиотеки им. А.С. Пушкина. В своем заявлении автор писал о «личной преданности свободной России, указывал на свое бедственное материальное положение и выражал желание отбыть снова на фронт после выздоровления». Видимо, получил отказ. До августа 1917 г. занимал оборонческие позиции, затем интернационалистские. Был избран в военную секцию Тюменского Совета рабочих и солдатских депутатов. Стал лучшим пропагандистом большевиков. Неоднократно выступал с требованиями передать Совету власть. Заявления Г.П. Пермякова вызывали ненависть к нему со стороны буржуазии и умеренных социалистов, которые предпринимали попытки убить его или отправить на лечение в больницу для душевнобольных. По предложению Г.П. Пермякова Тюменский Совет 20 января 1918 г. принял резолюцию о взятии власти Советом. Возглавил новый исполком (большевистского) Совета. В марте 1918 г. передал полномочия председателя Тюменского Совета Н.М. Немцову и сосредоточился на военной работе. Первый Тюменский губернский военный комиссар. Принимал активное участие в репрессиях против меньшевиков и эсеров. После выступления чехословацкого корпуса выступал за организацию обороны советской республики. После образования Тюменского Военно-революционного штаба под руководством Г.А. Усиевича и А.И. Окулова был отстранен от руководства обороной Тюмени и 19 июня 1918 г. взял двухнедельный отпуск. Участвовал в эвакуации советской власти из Тюмени, в дальнейшем на военной, советской и партийной работе на Южном фронте и в Центральной России (Тульская область). Работал государственным арбитром при Совете Министров СССР и Министерстве совхозов (1950-1955 гг.). Скончался в Москве, завещав свою библиотеку тюменцам. Одна из улиц Тюмени с 1966 г. носит фамилию Г.П. Пермякова. См.: ГАСПИТО Ф. 4012. Оп. 2. Д.2. (c.41)
****Иллюстрация: Г.П. Пермяков, фото в книжке, к сожалению, очень ксероксного качества, поэтому уж как смог передать. Если кто не разглядел, за поясом у Г.П. Пермякова – стволы, как минимум, три.

Устная история 2 -161: Раз надо – мы даем.

Wed, 21 Oct 2009 14:44:06 GMT

ЕСТЬ ТЮМЕНСКИЙ МИЛЛИАРД
(Речь, произнесенная электросварщиком Василием Сомовым 9 июня 1978 года на митинге по поводу добычи миллиардной тонны тюменской нефти)

Товарищи!

Друзья!

Не подумайте, что я нахал или задавала, потому как насмелился говорить без бумажки.

Есть она у меня. В кармане. И не дядя сочинял. Сам.

А все равно – не могу читать.

Когда писал – казалось, все на месте. Умно и гладко. А как взошел на этот помост, глянул на вас и понял: плохо сочинил. Не то! Не так!

Когда мы четырнадцать лет назад приехали сюда, что тут было?

Болото и тайга!

Скажи тогда кто-нибудь, что за эти четырнадцать лет мы качнем отсюда миллиард тонн тюменской нефти, его бы шапками закидали. Осмеяли и освистали.

Азербайджан сто лет карабкался на эту миллиардную высоту. Татария – двадцать пять. А ведь там и дороги, и города рядом. И климат не нашенский: в сентябре белые мухи не летают, в мае по льду речки не переходят.

В болотах вязли. Тонули. Мерзли и мокли мы. Из балков до сих пор еще не вылезли. И со снабжением, прямо скажем, не ай-ай-ай. А первый тюменский миллиард за четырнадцать лет выдали. Вот он! Принимай, Родина!

Почему так?

Да потому, что понимаем – надо!

Родине надо.

Народу нашему надо.

Всем, живущим под социалистической кровлей, надо!

Ну, а раз надо – мы даем.

Леонид Ильич Брежнев назвал наш труд подвигом. Честь и славу провозгласил нам.

Как подумаю, оглянусь назад, сравню, что было тут и что есть, другой меры, иной оценки сделанному, кроме той, какую дал Леонид Ильич, не придумать.

Но мы не заносимся. Не зазнаемся. Хотя и понимаем свою ведущую, осевую роль в движении к этому миллиарду.

Все, чем богата держава наша, содеяно рабочими руками. Могущество и неприкасаемость Страны Советской покоятся на рабочем человеке.

Тридцать лет хожу я в этом звании. И не обносилось, не обветшало, не потускнело оно. Наоборот. Стало ярче да славнее прошлого.

И сегодня, на этом празднике, я хочу сказать: «Да здравствует наш рабочий класс!».*

*Цит. по: Лагунов К. Надымская тетрадь // Тюменские клады / Сост. В. Д. Шапошникова. – Москва: Советский писатель, 1980. – C. 362-363.
**Картинка - обложка набора открыток «В краю тюменской нефти» (Москва: Известия, 1970).

Tue, 20 Oct 2009 16:47:11 GMT

Пойдем ужинать друзья,
Пусть бабочки летают,
Пусть темная колышется у нашего крыльца вода,
Пусть никто к нам больше не приедет, никогда.

Вот уже поднята эта серебристая крышка,
Этот шар светящийся, и на салфетку упали жирные капли,
Вот Антонина зарделась, как шестнадцатилетняя девушка,
Вот полковник опять сказал об уходящем тепле.

Cверху, с крыши, скатываются желтые ранетки,
Мне не спится, все кажется, что можно вернуть,
Но потом я качусь, подобно вырвавшейся вагонетке,
Ломая деревянные опоры, хрупкий американский путь.

Tue, 20 Oct 2009 16:38:45 GMT

Пыльное шоссе, дальше ведущее мимо полузаброшенного дачного поселка, прощай,
Автобус сделал свое дело, я на заднем сиденье,
Между темным облаком смерти и белым облаком смутных обещаний,
В городе, а в руке полный сундучок моего растительного вдохновения,

О, белый, белый май, с ровными яблоневыми аллеями,
Пес весело грызет другого пса на собачьей площадке,
И мы с тобой, одним и тем же гриппом болея,
На прогулке, где качаются ровные подстриженные яблоневые ветки.

Там сердце не болит, там круглая поляна, полная играющих,
Там улыбается самый первый незнакомый человек,
И зеленые кружки в руках у маленьких нищих,
Там собака другую собаку грызет не взаправду, а так,

Там дерево, там дерево, там дерево, под которым,
Там дерево, под которым так легко другого повстречать человека,
С клечатой сумкой сидельца хлопчатобумажного, старого,
В обуви начала девяностых годов двадцатого века.

- Эй, пацан, как пройти отсюда до церкви Крестовоздвиженской,
Все иду я сегодня, иду, а прийти не могу никуда почему-то, кроме вокзала,
И ты ему покажешь рукой, поможешь ногой,
Герою Плавания Брана, Сына Фебала.

Пыльное шоссе, дальше ведущее мимо полузаброшенного дачного поселка, прощай,
Автобус сделал свое дело, я на заднем сиденье,
Между белым облаком рождения и темным облаком смутных обещаний,
В городе, а в руке полный сундучок моего растительного вдохновения.

Tue, 20 Oct 2009 16:14:09 GMT

Там стоял сияющий дом, еще у одного дома
Была пламенеющая неоновая пальма,
Там стояли собаки, и велосипедист поправлял стремя,
У дома, пламенеющего в закате дома.

Трое детишек ходили вокруг дома,
В лесу среди шампиньонов, среди высохших котиковых лапок,
Среди испарений, среди всякого лома,
Где лежал гнилой, мертвый, как сбитый в войну истребитель с летчиком¸ тапок,

Тогда я говорил тебе, о, Тема,
Давай, не будем, а то они выйдут, и нас заругают,
И мы стояли в тени у пламенеющего дома,
И смотрели, как пальму зажигают.

Светящаяся пальма из далекого космоса
И к ней летят мошки и комары!
Мистический полумрак внезапного летнего Крисмаса,
Насыщенное синее небо ночной компьютерной игры,

Шелест, с которым льется в череп cвежая пепси,
Дыра в стене хоккейного стадиона, с надписью «Выход»,
Струйки следов реактивных в холодной лазурной выси,
И бархат cинтетический синий, просто синий бархат.

Sun, 18 Oct 2009 08:58:07 GMT

К числу примет времени, кроме широко известных исчезнувших тараканов, как мне вчера сказал кто-то из коллег - следует отнести тот факт, что студенты перестали писать на партах. В общем, это довольно спорно, несколько семестров назад в МИФУБе я во время зачета развлекался тем, что ходил в задних рядах и читал огромные наскальные полотна - но у нас на факультете, и правда, кажется, перестали.

Тюмень - ТВ.

Sat, 17 Oct 2009 22:59:30 GMT

Коля пил вместо чая коньяк, а Омельчук тупил насухую.

Мандрика ничего не пил, а Омельчук опять был в том же состоянии.

Sat, 17 Oct 2009 20:59:51 GMT

Устная история 2 - 160: заляпанные краской свежие газеты

Sat, 17 Oct 2009 20:29:03 GMT

1) Успехи, которых добилась магистраль не без участия коллектива Нижнетагильского отделения, усыпили бдительность руководителей, что немедленно сказалось на уровне подготовки практически всех хозяйств отделения к зиме. Такой вывод сделал начальник дороги по итогам осеннего осмотра Нижнетагильского отделения, завершившегося 29 сентября девятичасовым разбором… Начальник дороги добавил в… «список тревожности» содержание пути на станциях Каква и Лобва Серовской дистанции пути, а также Верхнекондинскую дистанцию за несерьезное отношение к эстетическому содержанию колеи. – На перегонах верхнекондинцев отсутствуют по пять-шесть пикетных столбиков, а те, которые имеются в наличии, стоят под углом 45 градусов, - возмущенно говорил Владимир Николаевич.*

2) Через дорогу расположен дом отдыха локомотивных бригад. Здесь комиссия едва не наталкивается на бельевую веревку, протянутую на уровне шеи человека со средним ростом. У главного входа растут поганки. – Какое отношение людей, такая и растительность, - делает вывод первый заместитель начальника дороги. Доказательства – внутри бригадного дома. Шкафы без ручек, крючки из проволоки вместо плечиков. Три колоды карт в одной тумбочке! – Впечатление тягостное, а ведь мы с вами здесь не в первый раз, - обращается к коллегам Валерий Фомин. – Почему вы не исправляете ситуацию?**

3) В минувшую пятницу предприятия Тюменского отделения особое внимание уделили уборке территорий. Так, работники ремонтного локомотивного депо Тюмень (ТЧР-35) собрали в День чистоты 3, 5 тонны металлолома, навели порядок в производственных цехах, на тракционных путях депо и ПТО в Тюмени и Войновке. Работники эксплутационного локомотивного депо (ТЧЭ-7) обновили покраску поворотного круга цеха ТО-3 пассажирских тепловозов, убрали мусор на тракционных путях, очистили территорию вокруг памятника погибшим в годы войны железнодорожникам, убрали территорию сквера.***

4) В линейную техническую библиотеку на станции Кунгур поступила партия книг на железнодорожную тематику. Все новинки – профильная литература для специалистов по охране труда, работников путевого комплекса, хозяйства электрификации и электроснабжения, представителей других профессий железнодорожной отрасли. Всего библиотечные фонды пополнили более ста книг. – За последние годы это самое крупное поступление книг, к тому же столь разнообразных, - поделилась с «УМ» приятным известием библиотекарь Людмила Юдович. Сейчас сотрудники библиотеки регистрируют поступившую литературу, обрабатывают данные с помощью специальной компьютерной программы, оформляют каталожные и алфавитные карточки, заполняют книжные формуляры. Ознакомиться с новинками, как заметила Людмила Георгиевна, посетители смогут уже в ближайшие дни. Многие экземпляры будут представлены на постоянно действующей в библиотеке выставке «Новые книги».****

*Сабурова Е. Как не стать слабым звеном дороги // Комиссионный осмотр. Приложение к еженедельной транспортной газете «Уральская магистраль». – № 39 (9316). – 9 сентября -15 октября 2009. – С. 3.
** Невольниченко Е. По северным участкам // Там же. – С. 1. Действие происходит на станции Устье- Аха.
***Маслаков С. Чистота – своими руками // Уральская магистраль. – № 39 (9316). – 9 сентября -15 октября 2009. – С. 3.
****Невольниченко Е. Профессиональное чтиво // Уральская магистраль. – № 39 (9316). – 9 сентября -15 октября 2009. – С. 3.
*****Подпись к фотографии: в горловине станции Лая комиссию встречали заросли травы, что вызвало возмущение начальника дороги.

Запись дыбровая

Thu, 15 Oct 2009 18:28:54 GMT

1. 15 октября 2009 г., прекрасный солнечный день. Спасибо всем друзьям за ваши слова радости. Наше семейство усиленно питается. Пока суть да дело, в квартирку пробрались ~~волшебные гномики~~ бабушки и дедушки и произвели ремонт, так что я пишу эти слова из единственной оставшейся невредимой комнаты, восседая, как принц Гаутама, среди завалов книг, торшеров, ксерокопий, бытовой техники, штанов и постельных принадлежностей разной степени свежести. Ничего невозможно найти, все утро искал долбаный фломастер. И воняет краской. Закон кармического воздаяния: утром, перед тем, как взять очередную посылку и пойти на встречу с М&M, c удовольствием исполнил, глядя в свой компьютерик на табулатуры, фантазию на темы классических стандартов Роллинг Стоунз и Велвет Андерграунд – вечером решил поспать, ночь -то не спал, проверял френдленту, но меня ждал ответный удар - соседка-с-нижнего-этажа в этот дождливый вечер поспешила развеять всеобщее повисающее в воздухе уныние своим караоке-хитом по мотивам песни В. Леонтьева «Милый друг, не скучай». И развеивала примерно часа три. Как пели давным давно Данча и Лазарев: в мире есть волки и змеи, и между ними царит понимание.

2. Другие новости культуры короткой строкой: (1) в довольно живописном, в стиле 90-х гг, помещении открылся магазин «Точка сборки», он же «Артбазар», (Фонд Союза Художников, Холодильная, 124, 2 эт., к. 202), там можно приобрести кое-какие редкие книжки (см. cписок), в том числе, и наши со львом «Тюменские ночи»; (2) говорят, в начале ноября в Тюмень может заехать поэт Андрей Родионов (!!!), а 22 -23 декабря "тихий безобидный старичок" Мирослав Немиров со своей электронной бандой; (3) издатель Ю.Мандрика опубликовал рассуждения в свойственном для него стиле о том, как надо издавать книжки; (4) издатель Ф. Крюгер съездил в Тобольск поклониться праху В. Кюхельбекера; (5) в Тюмени стоит небывалая медная, золотая, платиновая и латунная осень, особенно прекрасны виды с мельникайтьевского моста, советую оценить; (6) продолжается работа над виртуальной выставкой «Тюмень тайная, скрытая, потаенная и сокровенная» (кстати, нечто подобное предполагаемой "Тюменской дыре" , но какое то политблинкорректное, хотя людей калечит, было представлено недавно в лондонской Галерее Тейт, см. тут и тут ); (7) к нам на лужок снова вернулся тольятинский зоопарк (есть такое ощущение, что кочует этот волжский зверинец исключительно по нашему городу) c пасущимися вокруг бактрианами и пони; (8) поэт К. Михайлов завел ЖЖ.

3. ПОЭТ, НЕУСТАННО СОСТАВЛЯЙ АНТОЛОГИИ: Список прекрасных стихов, прочитанных мною в конце сентября – начале октября 2009 г.: (1) cтихотворение «Что ни облако, то обязательно слон»; (2) стихотворение «Полдник в землемерной конторе»; (3) стихотворение «Веселые уроды»; (4) стихотворение «Долины бесконечной тли»; (5) стихотворение «Стихи о гигантских сооружениях, в Земле Тюменской просиявших»; (6) стихотворение «Август пришел как совиный глаз»; (7) cтихотворение «Дурачки и дурочки пишется неодинаково»; (8) cтихотворение «Странно ли, что тебе, чьим первым эротическим впечатлением было не что-нибудь подходящее, а фотокопия рафалевского св. Себастьяна…»; (9) cтихотворение «Недавно вырезал старую малину, жёг»; (10) cтихотворение «Что за ворота рядом, теряет силу все плохое».

На самом деле, он хочет прокусить ему лицо.

Fri, 09 Oct 2009 20:18:15 GMT

Here is it

Fri, 09 Oct 2009 19:35:41 GMT

Fri, 09 Oct 2009 10:19:27 GMT